«Я думала, что насмешек не избежать». Пять историй детей с необычными именами

Юлия Маркова, 31 год, г. Бузулук, мама Гамлета (7 лет) и Артура (1,5 года)

У нас интернациональная семья: муж – армянин, а во мне соединились две крови – белорусская и русская. Поэтому выбор имён для наших детей сразу ограничился международными: никаких Вань, Данил и других подобных.

Традиционно в армянских семьях детей называют в честь родственников по линии отца. Здесь в одном дворе могут спокойно играть Сережа, Артур и Вазген. Когда выбирали имя для старшего сын, муж настаивал на имени «Гамлет» – это английское имя, очень распространенное у армян. Назван был наш первенец в честь родного брата дедушки моего мужа – уважаемого советского гражданина, очень образованного и доброго.

При выборе имени без споров, конечно, не обошлось.  Я склонялась к более простому имени Артём (тоже довольно популярного среди армян), но муж был непреклонен! Сегодня папа и его родные называют нашего сына Гамо (даже Хамо), а я и мои родственники – ласково Гамлюша. Даже забавные прозвища придумали: Амлет и принц Датский!

Вне семьи (в школе, среди друзей) сына называют исключительно Гамлет. Раньше я думала, что насмешек со стороны сверстников не избежать, но я ошибалась – их нет, а сын растёт очень общительным и компанейским ребенком.

Ксана Файрклоуг, 40 лет, Египет, мама Мелиты (2 года), близнецов Ники и Аркадия (14 лет)

Дочка мне приснилась за пару недель до родов и сказала, что ее зовут Лита, что придёт она в море. Так и получилось: я рожала её в открытом море. Погуглив, обнаружила имя «Мелита».  Это возлюбленная Посейдона, одна из наяд (божества в греческой мифологии, дочери Зевса, нимфы рек, ручьёв и озёр). Полное имя дочки – Мелита Йозефа Домна. Её папа поляк, у них считается нормальным давать два-три имени.

Дома называем по-разному: я – Лита-Мелита и Муська и Кот, сестра с братом – просто Муська, папа называет «Пимпа» (непереводимое польское слово). Она охотно отзывается на все имена и представляется в зависимости от настроения ими по очереди или одновременно всеми. Другие называют Мелка (поляки вслед за папой) или Лита. Сейчас дочка в таком возрасте, что ей нравится вообще всё – в два года критическое восприятие имени отсутствует, так что ребенок вполне счастлив.

Оксана Литовченко, 32 года, Москва, мама Эмиля (10 месяцев)

Мне всегда казалось, что у меня будет дочь, поэтому я с детства коллекционировала женские имена. И к моменту, когда познакомилась с будущим мужем, на уме их было штук пятьдесят. В том числе и такие откровенно «хайповые» варианты, как Клара и Роза (или Рената и Земфира) для девочек-близняшек.

Забеременев, еще до всяких УЗИ, я начала подозревать неладное: что-то мне подсказывало, что ни один из имевшихся вариантов не пригодится – будет мальчик. «Может, назовем Искандером?» – предложил муж (и он не шутил). Не хочу обидеть Искандеров, но я была не очень рада такому предложению – не могла представить себе сладкого младенчика с таким именем. Пришлось думать самой.

Требований к имени было несколько: оно должно подходить как малышу, так и взрослому мужчине, быть коротким и понятным, но при этом не избитым, и не повторять имён родственников, чтобы никто не обиделся. Также хотелось избежать «эффекта Снежаны Косолаповой» – когда имя ну совсем не дружит с фамилией (в нашем случае она татарская). Имя пришло мне на ум как-то само: вспомнила, что в детстве обожала книгу «Эмиль из Леннеберги» Астрид Линдгрен. Удивительно, но никто не стал со мной спорить, и мы дружно начали ждать, когда наш Эмиль появится на свет.

Бабушки зовут внука исключительно Эмильчиком, мы с мужем между собой иногда Доном Эмилио или Емелей.

Карина Петросян, 68 лет, Тбилиси, мама Иисуса (48 лет)

Мой сын родился и вырос в многонациональном Тбилиси. В одном классе с ним учились Арарат, Ваня, Ираклий, Миша. Имя «Иисус» там никого не удивляло. И сыну даже  в голову не могло прийти, что с ним что-то не так.  Так продолжалось до тех пор, пока мой мальчик не подрос и не уехал учиться.

Поступил в военное училище в Ейске, потом служил в гарнизоне. Когда приезжал в отпуск, я видела: сын хочет со мной поговорить, что-то его беспокоит. Отцу он рассказать не решался, знал, что это его огорчит. В итоге он признался, что ему непросто жить с таким именем. То, что в Тбилиси никого не удивляло, в России вызывало насмешки.

А потом он познакомился с девушкой, решил жениться, и она заявила, что не хочет, чтобы их дети носили отчество Иисусович или Иисусовна. Теперь моего сына зовут Игорь – он сменил имя. В нашей семье это встретили с болью, особенно папа Иисуса. Мне тоже было больно, но потом я поняла, что сыну так проще. Теперь он у нас Игорь Петросян. И невестка счастлива. Вместе они воспитывают Артёма Игоревича и Карину Игоревну.

Виктория Смирнова , 47 лет, Волгоград, мама Николетты (12 лет)

Эта история – одна из тех, что рассказывают на праздничных застольях. Особенно её любит дедушка, ветеран Великой Отечественной войны Николай Сергеевич. Так уж получилось, что в нашей семье были только девочки, а дед мечтал о внуке. Мы с сестрой не могли родить по заказу мальчика, поэтому, когда родилась моя вторая дочка, деда с тоской сказал: «Эх, девчонки, так мне Кольку и не родили».

Мы с мужем подумали и решили: пусть дочка будет Николеттой.  Деда был счастлив! Внучку обожает, зовёт её Коля. Мы – Никушей. В школе она у нас Ника, Николетта.  Мне имя нравится – красивое, звучит благородно, и дочка ему соответствует.

А как зовут вашего ребенка? Назвали бы его необычным именем?

Записала Алена Нерсесян-Брыткова

Хотите первыми читать наши материалы? Подписывайтесь на наш телеграм-канал